Момент истины в Брюсселе: ЕС примет решение по российским активам
2025-12-17 17:09
Аналитика
Предстоящая развязка внутриевропейского противостояния обещает стать жаркой. На одной стороне – председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и канцлер Германии Фридрих Мерц, которые на начинающемся 18 декабря саммите ЕС в Брюсселе намерены получить доступ к российским активам, на другой – премьер-министр Бельгии Барт де Вевер, председатель Европейского центрального банка Кристин Лагард и сам бельгийский депозитарий Euroclear. Яблоком раздора стал вопрос о том, как ЕС быть дальше с замороженными резервами российского Центробанка – продолжать поддерживать Украину только за счет процентных доходов или же начать использовать сами активы в качестве обеспечения по новым многомиллиардным кредитам Киеву.
На кону резервы российского ЦБ объемом порядка 210 млрд евро. Большая часть этих средств находится в бельгийском депозитарии Euroclear. Европейские политики спорят об ответственности на случай возмещения ущерба на сотни миллиардов евро, о соблюдении норм международного права, защите прав собственности и рисках международных судебных разбирательств. Также речь идет о геополитике: о возможных ответных мерах Москвы, о стабильности европейской финансовой системы – и, наконец, о том, станет ли решение ЕС шагом к миру или же спровоцирует продолжение кровопролития.
Свою оценку ведущимся дискуссиям в подкасте Российско-Германской ВТП Zaren. Daten. Fakten дал британский экономический обозреватель Бен Арис. По его словам, то, что лидеры ЕС 18 декабря будут обсуждать в Брюсселе, выходит за рамки технического финансового решения: «Речь о передаче российской собственности. Это событие не имеет прецедента в международном праве и никогда прежде не происходило в такой форме».
На кону резервы российского ЦБ объемом порядка 210 млрд евро. Большая часть этих средств находится в бельгийском депозитарии Euroclear. Европейские политики спорят об ответственности на случай возмещения ущерба на сотни миллиардов евро, о соблюдении норм международного права, защите прав собственности и рисках международных судебных разбирательств. Также речь идет о геополитике: о возможных ответных мерах Москвы, о стабильности европейской финансовой системы – и, наконец, о том, станет ли решение ЕС шагом к миру или же спровоцирует продолжение кровопролития.
Свою оценку ведущимся дискуссиям в подкасте Российско-Германской ВТП Zaren. Daten. Fakten дал британский экономический обозреватель Бен Арис. По его словам, то, что лидеры ЕС 18 декабря будут обсуждать в Брюсселе, выходит за рамки технического финансового решения: «Речь о передаче российской собственности. Это событие не имеет прецедента в международном праве и никогда прежде не происходило в такой форме».
Как российские активы хотят превратить в кредит для Киева
В вышедшей в конце ноября статье Let Russia Pay for Its War in Ukraine («Пусть Россия заплатит за свою войну на Украине») ее авторы – американо-украинский экономист Андрей Козенко и 82-летний лауреат Нобелевской премии по экономике (2001 г.) Джозеф Стиглиц выступили за последовательное использование заблокированных активов российского государства для финансирования восстановления Украины.
Они считают, что Россия нанесла Украине колоссальный материальный ущерб, который она должна возместить в соответствии с нормами международного права. При этом авторы указывают на исторически сложившиеся репарационно-компенсационные механизмы и отвергают утверждение о том, что использование замороженных средств российского ЦБ подорвет доверие к европейской финансовой системе. По их мнению, глобальный порядок подрывают не юридически обоснованные санкции в отношении явного нарушения международного права, а отсутствие реальных последствий для нарушителя.
Сам ЕС намеренно избегает понятия «конфискация», а называет предлагаемую схему кредитно-залоговой. Она предполагает, что замороженные российские активы формально останутся заблокированными на территории ЕС, но при этом будут использованы в качестве обеспечения при выделении Украине новых финансовых средств. С политической точки зрения такая формулировка выглядит привлекательно, поскольку сводит выделение помощи к финансово-технической операции, причем не по принципу «мы берем деньги России и отдаем их другому государству», а по принципу «мы используем замороженные активы в качестве залога по кредитам». Такое различие в формулировках призвано снизить риск того, что суды впоследствии признают этот шаг незаконной экспроприацией.
Сторонники этого плана указывают на то, что финансовые потребности Украины на ближайшие два года оцениваются в 136 млрд евро. Примерно две трети этой суммы Евросоюз намерен взять на себя, однако нынешняя практика использования только процентных доходов от замороженных активов российского ЦБ не позволит обеспечить стабильное финансирования в течение этих лет. Противники возражают, что, несмотря на всю кажущуюся элегантность предлагаемой схемы, на практике она мало чем будет отличаться от конфискации: ведь если Россия не потерпит военного поражения и откажется выплачивать репарации, как то предусмотрено планом, то за выделение многомиллиардных кредитов в итоге придется отвечать немецким и европейским налогоплательщикам.
За два дня до саммита Евросоюза канцлер ФРГ Фридрих Мерц заявил, что его исход неясен, а вероятность того, что европейские лидеры достигнут согласия по вопросу о российских активах, составляет «50 на 50». Комментируя возражения противников плана ЕС, Мерц подчеркнул, что не разделяет их, но относится к ним серьезно.
Они считают, что Россия нанесла Украине колоссальный материальный ущерб, который она должна возместить в соответствии с нормами международного права. При этом авторы указывают на исторически сложившиеся репарационно-компенсационные механизмы и отвергают утверждение о том, что использование замороженных средств российского ЦБ подорвет доверие к европейской финансовой системе. По их мнению, глобальный порядок подрывают не юридически обоснованные санкции в отношении явного нарушения международного права, а отсутствие реальных последствий для нарушителя.
Сам ЕС намеренно избегает понятия «конфискация», а называет предлагаемую схему кредитно-залоговой. Она предполагает, что замороженные российские активы формально останутся заблокированными на территории ЕС, но при этом будут использованы в качестве обеспечения при выделении Украине новых финансовых средств. С политической точки зрения такая формулировка выглядит привлекательно, поскольку сводит выделение помощи к финансово-технической операции, причем не по принципу «мы берем деньги России и отдаем их другому государству», а по принципу «мы используем замороженные активы в качестве залога по кредитам». Такое различие в формулировках призвано снизить риск того, что суды впоследствии признают этот шаг незаконной экспроприацией.
Сторонники этого плана указывают на то, что финансовые потребности Украины на ближайшие два года оцениваются в 136 млрд евро. Примерно две трети этой суммы Евросоюз намерен взять на себя, однако нынешняя практика использования только процентных доходов от замороженных активов российского ЦБ не позволит обеспечить стабильное финансирования в течение этих лет. Противники возражают, что, несмотря на всю кажущуюся элегантность предлагаемой схемы, на практике она мало чем будет отличаться от конфискации: ведь если Россия не потерпит военного поражения и откажется выплачивать репарации, как то предусмотрено планом, то за выделение многомиллиардных кредитов в итоге придется отвечать немецким и европейским налогоплательщикам.
За два дня до саммита Евросоюза канцлер ФРГ Фридрих Мерц заявил, что его исход неясен, а вероятность того, что европейские лидеры достигнут согласия по вопросу о российских активах, составляет «50 на 50». Комментируя возражения противников плана ЕС, Мерц подчеркнул, что не разделяет их, но относится к ним серьезно.
Правовые риски: Euroclear, гарантии и ответственность
То, что этот план может дорого обойтись Европе, стало очевидно уже вчера, когда рейтинговое агентство Fitch поместило Euroclear в категорию Rating Watch Negative («рейтинг на пересмотре с негативными ожиданиями»). По мнению аналитиков Fitch, план ЕС по использованию замороженных активов российского ЦБ для выделения кредитов Украине перекладывает юридические и финансовые риски непосредственно на баланс крупнейшего европейского депозитария. Возможное понижение рейтинга Euroclear не только сделает более дорогим рефинансирование, но и может подорвать доверие к европейской финансовой инфраструктуре в целом.
В Euroclear хранится большая часть замороженных российских активов. Поскольку сам депозитарий расположен на территории Бельгии, то именно этой стране в случае победы России в судах придется нести политическую и финансовую ответственность за решения Евросоюза. Эти риски стали поводом для премьер-министра Бельгии Барта де Вевера выступить против инициативы ЕС. В этом его поддерживает и подавляющее большинство граждан страны, как показал совместный опрос телеканала RTL Info, газеты Le Soir и социологической компании Ipsos. На вопрос, следует ли бельгийскому правительству разблокировать 183 млрд евро российских средств, замороженных на территории страны, для поддержки Украины, 67% респондентов ответили «нет».
Чтобы развеять опасения Бельгии, Еврокомиссия предложила пакет гарантий и план по разделению рисков. Обсуждаемый вариант предполагает предоставление государствами-членами ЕС гарантий в размере не менее 50% от суммы выплат Украине. Причем средства не будут переводиться Киеву до тех пор, пока эти гарантии не будут предоставлены. Кроме того, Бельгии гарантируется, что она сможет получить до 210 млрд евро, если столкнется с судебными исками или ответными мерами со стороны РФ. Однако Бельгия сочла такие гарантии недостаточными и потребовала от ЕС также компенсировать все косвенные расходы, которые будут связаны с возможными судебными разбирательствам, и защитить активы Euroclear в России, размер которых оценивается в 17 млрд евро. Глава Euroclear Валери Урбен заявила, что решение о выделении Украине репарационного кредита может быть успешно оспорено в суде.
Против репарационного кредита Украине за счет российских активов выступает и Европейский центральный банк (ЕЦБ). Его председатель Кристин Лагард предупредила, что план ЕС является юридически и финансово «опасным», его обоснование «притянуто за уши», а реализация чревата рисками для репутации еврозоны.
В Euroclear хранится большая часть замороженных российских активов. Поскольку сам депозитарий расположен на территории Бельгии, то именно этой стране в случае победы России в судах придется нести политическую и финансовую ответственность за решения Евросоюза. Эти риски стали поводом для премьер-министра Бельгии Барта де Вевера выступить против инициативы ЕС. В этом его поддерживает и подавляющее большинство граждан страны, как показал совместный опрос телеканала RTL Info, газеты Le Soir и социологической компании Ipsos. На вопрос, следует ли бельгийскому правительству разблокировать 183 млрд евро российских средств, замороженных на территории страны, для поддержки Украины, 67% респондентов ответили «нет».
Чтобы развеять опасения Бельгии, Еврокомиссия предложила пакет гарантий и план по разделению рисков. Обсуждаемый вариант предполагает предоставление государствами-членами ЕС гарантий в размере не менее 50% от суммы выплат Украине. Причем средства не будут переводиться Киеву до тех пор, пока эти гарантии не будут предоставлены. Кроме того, Бельгии гарантируется, что она сможет получить до 210 млрд евро, если столкнется с судебными исками или ответными мерами со стороны РФ. Однако Бельгия сочла такие гарантии недостаточными и потребовала от ЕС также компенсировать все косвенные расходы, которые будут связаны с возможными судебными разбирательствам, и защитить активы Euroclear в России, размер которых оценивается в 17 млрд евро. Глава Euroclear Валери Урбен заявила, что решение о выделении Украине репарационного кредита может быть успешно оспорено в суде.
Против репарационного кредита Украине за счет российских активов выступает и Европейский центральный банк (ЕЦБ). Его председатель Кристин Лагард предупредила, что план ЕС является юридически и финансово «опасным», его обоснование «притянуто за уши», а реализация чревата рисками для репутации еврозоны.
Кто выступает против плана ЕС
«План по использованию замороженных активов российского государства для выдачи репарационных кредитов абсолютно незаконен с точки зрения международного права и является вопиющим нарушением принципа правовой государственности», – считает партнер лондонской юридической фирмы Volterra Fietta Роберт Вольтерра. «Если какое-либо государство при помощи постановлений конфискует государственные активы другого государства, то это является таким же серьезным нарушением международного права, как и вооруженная оккупация одним государством территории другого государства», – пояснил он в интервью газете Berliner Zeitung.
По мнению Вольтерры, у Евросоюза есть только два пути: «Либо создать правовую основу, которая позволит изъять суверенные российские активы. Любой суд в мире, который придерживается принципа верховенства права, не раздумывая объявит это незаконным». Вторая опция – не трогать российские активы и взять ответственность за возможные финансовые последствия на себя, полагает эксперт: «Тогда это будет фиктивная операция, угроза публичной дипломатии – любая ссылка на российские гарантии будет пустой риторикой».
Вольтерра также отметил, что план ЕС напоминает ему «ипотечные деривативы США, которые спровоцировали финансовый кризис 2008 года». Тогда высокорискованные бумаги выдавались за низкорискованные, что, по оценке эксперта, несло в себе признаки «финансовой пирамиды». Сейчас за действиями Евросоюза внимательно следит весь мир, считает Вольтерра. «Все страны наблюдают за тем, как поступит ЕС». В конечном итоге может возникнуть прецедент, последствия которого «могут преследовать ЕС в течение многих поколений».
На текущий момент противниками плана по использованию российских активов считаются минимум семь стран ЕС: Бельгия, Венгрия, Словакия, Болгария, Мальта, Чехия и Италия.
При этом Бельгия стоит особняком, поскольку она не только будет участвовать в голосовании, но и фактически находится на «передовой линии риска». Бельгийский премьер Барт де Вевер неоднократно подчеркивал, что его страна не находится в состоянии войны с Россией. А говоря о конфискации замороженных российских активов, он приводил такое сравнение: «Это было бы все равно, что войти в посольство, вынести всю мебель и продать ее». Де Вевер также сомневается, что Россия потерпит поражение и станет выплачивать репарации, как это делала Германия в 1918 году: «Кто всерьез поверит, что Россия проиграет на Украине? Это басня, абсолютная выдумка».
Сторонники плана ЕС называют его безальтернативным вариантом финансирования Украины. Особую активность здесь проявляет Германия в лице канцлера Фридриха Мерца, который предупредил, что в случае провала плана дееспособность ЕС на долгие годы будет подорвана. Страны, выступающие за использование российских активов, утверждают, что вариант с солидарным долгом Евросоюза вряд ли может быть реализован на политическом уровне, поскольку подобные решения часто требуют единогласия. Противники же указывают на то, что Германия настаивает на использовании российских активов, в том числе и потому, что она противится введению солидарного долга ЕС по идеологическим причинам, и что именно Германия, а не Венгрия, в итоге может заблокировать положительное решение по вопросу единого долга.
Аналогичная дискуссия разворачивается и в Великобритании, в банках которой хранятся российские активы на сумму около 10 млрд евро, пишет Financial Times. По данным издания, банки отказываются переводить эти активы Украине из-за опасений судебных исков со стороны России.
«Нет сомнений в том, что Россия тщательно изучит вопрос о том, сможет ли эта шаткая правовая конструкция ЕС сохранить устойчивость в компетентном гражданском суде Бельгии. Если же нет, то лицам, которые будут ответственны за эти решения, будут грозить серьезные последствия», – подчеркнул австрийский юрист Габриэль Лански в беседе с изданием Die Presse.
По мнению Вольтерры, у Евросоюза есть только два пути: «Либо создать правовую основу, которая позволит изъять суверенные российские активы. Любой суд в мире, который придерживается принципа верховенства права, не раздумывая объявит это незаконным». Вторая опция – не трогать российские активы и взять ответственность за возможные финансовые последствия на себя, полагает эксперт: «Тогда это будет фиктивная операция, угроза публичной дипломатии – любая ссылка на российские гарантии будет пустой риторикой».
Вольтерра также отметил, что план ЕС напоминает ему «ипотечные деривативы США, которые спровоцировали финансовый кризис 2008 года». Тогда высокорискованные бумаги выдавались за низкорискованные, что, по оценке эксперта, несло в себе признаки «финансовой пирамиды». Сейчас за действиями Евросоюза внимательно следит весь мир, считает Вольтерра. «Все страны наблюдают за тем, как поступит ЕС». В конечном итоге может возникнуть прецедент, последствия которого «могут преследовать ЕС в течение многих поколений».
На текущий момент противниками плана по использованию российских активов считаются минимум семь стран ЕС: Бельгия, Венгрия, Словакия, Болгария, Мальта, Чехия и Италия.
При этом Бельгия стоит особняком, поскольку она не только будет участвовать в голосовании, но и фактически находится на «передовой линии риска». Бельгийский премьер Барт де Вевер неоднократно подчеркивал, что его страна не находится в состоянии войны с Россией. А говоря о конфискации замороженных российских активов, он приводил такое сравнение: «Это было бы все равно, что войти в посольство, вынести всю мебель и продать ее». Де Вевер также сомневается, что Россия потерпит поражение и станет выплачивать репарации, как это делала Германия в 1918 году: «Кто всерьез поверит, что Россия проиграет на Украине? Это басня, абсолютная выдумка».
Сторонники плана ЕС называют его безальтернативным вариантом финансирования Украины. Особую активность здесь проявляет Германия в лице канцлера Фридриха Мерца, который предупредил, что в случае провала плана дееспособность ЕС на долгие годы будет подорвана. Страны, выступающие за использование российских активов, утверждают, что вариант с солидарным долгом Евросоюза вряд ли может быть реализован на политическом уровне, поскольку подобные решения часто требуют единогласия. Противники же указывают на то, что Германия настаивает на использовании российских активов, в том числе и потому, что она противится введению солидарного долга ЕС по идеологическим причинам, и что именно Германия, а не Венгрия, в итоге может заблокировать положительное решение по вопросу единого долга.
Аналогичная дискуссия разворачивается и в Великобритании, в банках которой хранятся российские активы на сумму около 10 млрд евро, пишет Financial Times. По данным издания, банки отказываются переводить эти активы Украине из-за опасений судебных исков со стороны России.
«Нет сомнений в том, что Россия тщательно изучит вопрос о том, сможет ли эта шаткая правовая конструкция ЕС сохранить устойчивость в компетентном гражданском суде Бельгии. Если же нет, то лицам, которые будут ответственны за эти решения, будут грозить серьезные последствия», – подчеркнул австрийский юрист Габриэль Лански в беседе с изданием Die Presse.
Информационная кампания Российско-Германской ВТП
За четыре последних года Российско-Германская внешнеторговая палата не дала ни одного интервью и не выпустила ни одного пресс-релиза, а интересы входящих в ее состав компаний она отстаивала путем ведения закулисных переговоров с представителями соответствующих министерств, ведомств и посольств. Однако вопрос о замороженных активах российского Центробанка ВТП сочла настолько серьезным для экономических интересов Германии, что запустила в этой связи активную информационную кампанию.
Еще в ноябре в интервью немецкому информационному агентству DPA председатель правления Российско-Германской внешнеторговой палаты Маттиас Шепп предупредил о том, что последствия такого шага «обойдутся дорого, и в первую очередь для Германии». Он указал, что Германия вложила в Россию больше средств, чем любая другая страна мира. «Поэтому Германия больше всех потеряет от планируемого использования средств российского Центробанка для закупки оружия в пользу Украины». По словам Шеппа, Германия может потерять активы на общую сумму более 100 млрд евро.
Заявление председателя правления Российско-Германской ВТП процитировали ведущие немецкие телеканалы ZDF и ARD, а также такие издания, как Die Zeit, Wirtschaftswoche, Stern, Berliner Zeitung и Berliner Morgenpost. Позиция ВТП привлекла внимание СМИ и за пределами Германии, в частности, о ней написали австрийские газеты Die Presse и Kronen Zeitung.
Шепп напомнил о существовании в России немецких заводов и розничных сетей и предприятий, работающих в таких сферах, как энергетика, фармацевтика и бытовая техника, и переданных Россией под внешнее управление. К этому добавляются, денежные средства, которые Россия в качестве ответной меры заморозила на банковских счетах. «Ни Германия, ни ее налогоплательщики не заинтересованы в том, чтобы эти средства оказались в кассе Кремля», – подчеркнул Шепп.
В последнем номере немецкого журнала Spiegel приводится следующая цитата Шеппа: «До сих пор Кремль воздерживался от масштабных шагов в отношении западных активов, поскольку он не заинтересован в полном разрыве экономических связей с Западом». Если же сейчас будет принято решение об использовании российских активов, то это может серьезно ударить по Европе, предупредил председатель правления Российско-Германской ВТП.
Австрийская Die Presse в этой связи пишет: «Представитель бизнеса Шепп не питает иллюзий и предупреждает, что немецким и всем остальным европейским налогоплательщикам придется заплатить дважды». Во-первых, Россия будет возмещать собственный ущерб, понесенный из-за «дела» Euroclear, за счет европейских активов в России. Во-вторых, российские активы, хранящиеся в Euroclear, послужат лишь залогом по репарационному кредиту, а саму Россию в случае достижения мирного соглашения вряд ли получится принудить к выплате репараций: «Тогда налогоплательщики заплатят еще раз».
По оценке Шеппа, общий объем немецких активов в России превышает 100 млрд евро. «И эта сумма с каждой неделей растет, потому что российское государство не позволяет выплачивать крупные дивиденды в адрес материнских компаний, находящихся в Германии и других рубежных странах», – подчеркнул председатель правления Российско-Германской ВТП в беседе с немецким новостным порталом Focus Online. По его словам, Кремль сможет присвоить все эти средства, если ЕС решит использовать российские активы.
Подготовка к этому с российской стороны уже ведётся. На прошлой неделе Банк России подал в Арбитражный суд Москвы иск на сумму 193 млрд евро к европейскому депозитарию Euroclear, в котором хранятся замороженные активы России. «Это создаст основу для присвоения западных активов», – считает Шепп.
Встревожен и сам Euroclear. С учетом того, что в управлении депозитария находятся активы на сумму более 42 трлн евро, он является системно значимым, заявила глава Euroclear Валери Урбен. «Если Euroclear столкнется с экзистенциальными трудностями, то это будет иметь последствия для европейских финансовых рынков в целом», – предупредила она.
Нестабильность на этих рынках также может усилиться, если Кремль решит использовать свое международное влияние. По мнению председателя правления Российско-Германской ВТП Маттиаса Шеппа, Москва будет убеждать страны Глобального Юга в том, что Европа и Euroclear не являются безопасными финансовыми площадками, что может привести к уходу с этих площадок крупных инвесторов.
Поэтому Шепп считает совершенно нерациональной позицию канцлера Германии Фридриха Мерца. «В борьбе за звание чемпиона по нанесению самому себе экономического вреда Россия пока уступает первые места другим. А Германия, к сожалению, находится на самой вершине этого пьедестала», – отметил Шепп.
По мнению председателя правления ВТП, Германии в итоге придется заплатить дважды. «Сначала – в случае передачи Россией находящихся на ее территории немецких активов в кассу Кремля или в распоряжение близких Кремлю бизнесменов. А второй раз – если ‚репарационный заем‘ окажется фикцией».
Еще в ноябре в интервью немецкому информационному агентству DPA председатель правления Российско-Германской внешнеторговой палаты Маттиас Шепп предупредил о том, что последствия такого шага «обойдутся дорого, и в первую очередь для Германии». Он указал, что Германия вложила в Россию больше средств, чем любая другая страна мира. «Поэтому Германия больше всех потеряет от планируемого использования средств российского Центробанка для закупки оружия в пользу Украины». По словам Шеппа, Германия может потерять активы на общую сумму более 100 млрд евро.
Заявление председателя правления Российско-Германской ВТП процитировали ведущие немецкие телеканалы ZDF и ARD, а также такие издания, как Die Zeit, Wirtschaftswoche, Stern, Berliner Zeitung и Berliner Morgenpost. Позиция ВТП привлекла внимание СМИ и за пределами Германии, в частности, о ней написали австрийские газеты Die Presse и Kronen Zeitung.
Шепп напомнил о существовании в России немецких заводов и розничных сетей и предприятий, работающих в таких сферах, как энергетика, фармацевтика и бытовая техника, и переданных Россией под внешнее управление. К этому добавляются, денежные средства, которые Россия в качестве ответной меры заморозила на банковских счетах. «Ни Германия, ни ее налогоплательщики не заинтересованы в том, чтобы эти средства оказались в кассе Кремля», – подчеркнул Шепп.
В последнем номере немецкого журнала Spiegel приводится следующая цитата Шеппа: «До сих пор Кремль воздерживался от масштабных шагов в отношении западных активов, поскольку он не заинтересован в полном разрыве экономических связей с Западом». Если же сейчас будет принято решение об использовании российских активов, то это может серьезно ударить по Европе, предупредил председатель правления Российско-Германской ВТП.
Австрийская Die Presse в этой связи пишет: «Представитель бизнеса Шепп не питает иллюзий и предупреждает, что немецким и всем остальным европейским налогоплательщикам придется заплатить дважды». Во-первых, Россия будет возмещать собственный ущерб, понесенный из-за «дела» Euroclear, за счет европейских активов в России. Во-вторых, российские активы, хранящиеся в Euroclear, послужат лишь залогом по репарационному кредиту, а саму Россию в случае достижения мирного соглашения вряд ли получится принудить к выплате репараций: «Тогда налогоплательщики заплатят еще раз».
По оценке Шеппа, общий объем немецких активов в России превышает 100 млрд евро. «И эта сумма с каждой неделей растет, потому что российское государство не позволяет выплачивать крупные дивиденды в адрес материнских компаний, находящихся в Германии и других рубежных странах», – подчеркнул председатель правления Российско-Германской ВТП в беседе с немецким новостным порталом Focus Online. По его словам, Кремль сможет присвоить все эти средства, если ЕС решит использовать российские активы.
Подготовка к этому с российской стороны уже ведётся. На прошлой неделе Банк России подал в Арбитражный суд Москвы иск на сумму 193 млрд евро к европейскому депозитарию Euroclear, в котором хранятся замороженные активы России. «Это создаст основу для присвоения западных активов», – считает Шепп.
Встревожен и сам Euroclear. С учетом того, что в управлении депозитария находятся активы на сумму более 42 трлн евро, он является системно значимым, заявила глава Euroclear Валери Урбен. «Если Euroclear столкнется с экзистенциальными трудностями, то это будет иметь последствия для европейских финансовых рынков в целом», – предупредила она.
Нестабильность на этих рынках также может усилиться, если Кремль решит использовать свое международное влияние. По мнению председателя правления Российско-Германской ВТП Маттиаса Шеппа, Москва будет убеждать страны Глобального Юга в том, что Европа и Euroclear не являются безопасными финансовыми площадками, что может привести к уходу с этих площадок крупных инвесторов.
Поэтому Шепп считает совершенно нерациональной позицию канцлера Германии Фридриха Мерца. «В борьбе за звание чемпиона по нанесению самому себе экономического вреда Россия пока уступает первые места другим. А Германия, к сожалению, находится на самой вершине этого пьедестала», – отметил Шепп.
По мнению председателя правления ВТП, Германии в итоге придется заплатить дважды. «Сначала – в случае передачи Россией находящихся на ее территории немецких активов в кассу Кремля или в распоряжение близких Кремлю бизнесменов. А второй раз – если ‚репарационный заем‘ окажется фикцией».
Чем конфискация активов чревата для самого ЕС
Если лидеры ЕС одобрят план по использованию российских активов, то это однозначно поможет обеспечить финансовую стабильность Украины в краткосрочной перспективе. Одновременно этот шаг запустит цепную реакцию, которую противники плана ЕС выдвигают в качестве основного контраргумента.
«Если отнестись к международному праву и существующим договорам серьезно, то конфискация – этот как минимум большая проблема, а то и вовсе незаконный шаг. С точки зрения России, это не что иное, как воровство», – пояснил британский экономический обозреватель Бен Арис в подкасте ВТП. Глава ЕЦБ Кристин Лагард уже предупредила, что на карту поставлена репутация еврозоны и стабильность европейской финансовой системы, критически важным элементом которой является Euroclear. Репутационный риск заключается в том, что другие государства и обладатели крупных резервов могут диверсифицировать свои вложения, если у них возникнет подозрение, что политические конфликты способны привести к финансовой инструментализации их активов. Летом 2024 года Саудовская Аравия уже пригрозила перераспределением средств в случае конфискации активов российского ЦБ. Для многих представителей Глобального Юга конфискация станет прецедентом, несмотря на то, что Европа преподносит ее как «единичный» случай.
Сама Россия не только обещает принять ответные меры юридического и политического характера, но уже несколько лет ведет соответствующие приготовления. Премьер Бельгии де Вевер открыто говорит об угрозах, которые его страна будет ощущать «вечно». Euroclear также указывает на риски судебных тяжб. Около недели назад Банк России подал в Арбитражный суд Москвы иск к европейскому депозитарию на сумму 193 млрд евро.
Вчера из российских источников стало известно, что первым этапом ответных действий Москвы может стать компенсация за счет средств окологосударственных европейских структур по принципу «око за око, зуб за зуб». Под прицел могут попасть, в частности, деньги пенсионных фондов Нидерландов и Норвегии. Среди присутствующих в России немецких и европейских компаний также растут опасения того, что Россия на системной основе начнет забирать оставшиеся европейские активы, средства на заблокированных спецсчетах, права требований по дебиторской задолженности и другие активы. Таким образом, фокус конфликта сместится с денег ЦБ на частные активы, что в первую очередь ударит по таким странам, как Германия. Потому что Германия вложила в Россию больше средств, чем любая другая страна мира.
Бывший обозреватель газеты Financial Times Вольфганг Мюнхау, который также является соучредителем аналитического центра Eurointelligence, считает, что конфискация российских активов сделает практически невозможным достижение мирного соглашения по Украине. Мюнхау отмечает, что Россия в качестве условия будет настаивать на разблокировании своих средств, однако те уже будут потрачены.
Бен Арис, со своей стороны, указывает на принципиальное различие между подходами Европы и США. Инициатива Вашингтона по созданию американо-украинского инвестиционного фонда ориентирована на послевоенный период и потому нацелена на достижение мирного соглашения и проведение восстановительных работ, привлечение частных инвестиций и долгосрочную стабилизацию. Европейская же модель исходит из сценария продолжения кровопролития. Так называемый репарационный кредит в первую очередь нужен для покрытия бюджетных дефицитов стран ЕС и финансирования текущих расходов, считает Арис. По его мнению, такой подход фактически не предусматривает выделения средств на подлинное восстановление Украины, а в первую очередь направлен на то, чтобы помочь Киеву выстоять в течение еще какого-то периода времени.
Источники: Wirtschaftswoche (нем.), Berliner Zeitung (нем.), Stern (нем.), Zeit (нем.), Tagesschau (нем.), Morgenpost (нем.), Handelsblatt (нем.), Project Syndicate (англ.), FT (англ.), Economist (англ.), WSJ (англ.), ТАСС, Коммерсантъ
«Если отнестись к международному праву и существующим договорам серьезно, то конфискация – этот как минимум большая проблема, а то и вовсе незаконный шаг. С точки зрения России, это не что иное, как воровство», – пояснил британский экономический обозреватель Бен Арис в подкасте ВТП. Глава ЕЦБ Кристин Лагард уже предупредила, что на карту поставлена репутация еврозоны и стабильность европейской финансовой системы, критически важным элементом которой является Euroclear. Репутационный риск заключается в том, что другие государства и обладатели крупных резервов могут диверсифицировать свои вложения, если у них возникнет подозрение, что политические конфликты способны привести к финансовой инструментализации их активов. Летом 2024 года Саудовская Аравия уже пригрозила перераспределением средств в случае конфискации активов российского ЦБ. Для многих представителей Глобального Юга конфискация станет прецедентом, несмотря на то, что Европа преподносит ее как «единичный» случай.
Сама Россия не только обещает принять ответные меры юридического и политического характера, но уже несколько лет ведет соответствующие приготовления. Премьер Бельгии де Вевер открыто говорит об угрозах, которые его страна будет ощущать «вечно». Euroclear также указывает на риски судебных тяжб. Около недели назад Банк России подал в Арбитражный суд Москвы иск к европейскому депозитарию на сумму 193 млрд евро.
Вчера из российских источников стало известно, что первым этапом ответных действий Москвы может стать компенсация за счет средств окологосударственных европейских структур по принципу «око за око, зуб за зуб». Под прицел могут попасть, в частности, деньги пенсионных фондов Нидерландов и Норвегии. Среди присутствующих в России немецких и европейских компаний также растут опасения того, что Россия на системной основе начнет забирать оставшиеся европейские активы, средства на заблокированных спецсчетах, права требований по дебиторской задолженности и другие активы. Таким образом, фокус конфликта сместится с денег ЦБ на частные активы, что в первую очередь ударит по таким странам, как Германия. Потому что Германия вложила в Россию больше средств, чем любая другая страна мира.
Бывший обозреватель газеты Financial Times Вольфганг Мюнхау, который также является соучредителем аналитического центра Eurointelligence, считает, что конфискация российских активов сделает практически невозможным достижение мирного соглашения по Украине. Мюнхау отмечает, что Россия в качестве условия будет настаивать на разблокировании своих средств, однако те уже будут потрачены.
Бен Арис, со своей стороны, указывает на принципиальное различие между подходами Европы и США. Инициатива Вашингтона по созданию американо-украинского инвестиционного фонда ориентирована на послевоенный период и потому нацелена на достижение мирного соглашения и проведение восстановительных работ, привлечение частных инвестиций и долгосрочную стабилизацию. Европейская же модель исходит из сценария продолжения кровопролития. Так называемый репарационный кредит в первую очередь нужен для покрытия бюджетных дефицитов стран ЕС и финансирования текущих расходов, считает Арис. По его мнению, такой подход фактически не предусматривает выделения средств на подлинное восстановление Украины, а в первую очередь направлен на то, чтобы помочь Киеву выстоять в течение еще какого-то периода времени.
Источники: Wirtschaftswoche (нем.), Berliner Zeitung (нем.), Stern (нем.), Zeit (нем.), Tagesschau (нем.), Morgenpost (нем.), Handelsblatt (нем.), Project Syndicate (англ.), FT (англ.), Economist (англ.), WSJ (англ.), ТАСС, Коммерсантъ