РФ и США в Арктике: стратегическое соперничество и экономические интересы
2025-08-20 16:52
Аналитика
Саммит на Аляске – пролог арктического сотрудничества России и США?
«Арктика слишком важна, чтобы действовать в духе Холодной войны. Россия и США должны найти точки соприкосновения», – заявил в марте глава Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), спецпредставитель президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилл Дмитриев, комментируя возможности сотрудничества двух стран в Заполярье. А в кулуарах Международного арктического форума в Мурманске глава РФПИ анонсировал создание арктического инвестиционного фонда до конца 2025 года. Дмитриев в свое время получил образование в Стэнфордском университете (США), а в ходе российско-американского саммита на Аляске 15 августа он был одним из немногих участников переговоров с российской стороны. Тот факт, что Путин совершил свой первый почти за десять лет визит в США именно на Аляску, также подчеркивает стратегическое значение Арктики.
По итогам встречи в верхах президент России указал на потенциал двустороннего сотрудничества с США, особенно в Арктике: «У нас много интересных направлений для совместной работы [...] Актуальным видится и взаимодействие в Арктике, возобновление межрегиональных контактов, в том числе между нашим Дальним Востоком и американским Западным побережьем». Дональд Трамп заявил, что его встреча с Путиным была «чрезвычайно продуктивной», но дал понять, что реализация экономических проектов сможет начаться только после мирного урегулирования украинского вопроса. «Пока не будет достигнуто соглашение, никакой сделки не будет», – заявил Трамп.
Госсекретарь США Марко Рубио рассматривает активизацию американо-российских экономических отношений, которые сократились до рекордно низкого уровня, также и в контексте геополитического соперничества с Китаем. «Россия могла бы снова углубить отношения с США, если бы она не впала в зависимость от Китая после того, как мы годами изолировали ее», – заявил он.
Эксперт американского Арктического института (Вашингтон) Павел Девяткин рассматривает итоги переговоров на Аляске как сигнал к переменам: «После саммита стало очевидно, что будут появляться новые переговорные форматы по сотрудничеству в Арктике. Переговоры свидетельствуют об осторожной заинтересованности обеих сторон в восстановлении прежних структур взаимодействия в нефтегазовой сфере и в добыче природных ресурсов. А предыдущий опыт показывает, что Арктика может стать первым этапом, за которым последуют другие темы».
По итогам встречи в верхах президент России указал на потенциал двустороннего сотрудничества с США, особенно в Арктике: «У нас много интересных направлений для совместной работы [...] Актуальным видится и взаимодействие в Арктике, возобновление межрегиональных контактов, в том числе между нашим Дальним Востоком и американским Западным побережьем». Дональд Трамп заявил, что его встреча с Путиным была «чрезвычайно продуктивной», но дал понять, что реализация экономических проектов сможет начаться только после мирного урегулирования украинского вопроса. «Пока не будет достигнуто соглашение, никакой сделки не будет», – заявил Трамп.
Госсекретарь США Марко Рубио рассматривает активизацию американо-российских экономических отношений, которые сократились до рекордно низкого уровня, также и в контексте геополитического соперничества с Китаем. «Россия могла бы снова углубить отношения с США, если бы она не впала в зависимость от Китая после того, как мы годами изолировали ее», – заявил он.
Эксперт американского Арктического института (Вашингтон) Павел Девяткин рассматривает итоги переговоров на Аляске как сигнал к переменам: «После саммита стало очевидно, что будут появляться новые переговорные форматы по сотрудничеству в Арктике. Переговоры свидетельствуют об осторожной заинтересованности обеих сторон в восстановлении прежних структур взаимодействия в нефтегазовой сфере и в добыче природных ресурсов. А предыдущий опыт показывает, что Арктика может стать первым этапом, за которым последуют другие темы».
В недавнем аналитическом материале американского политического журнала Foreign Policy также подчеркивается, что, несмотря на геополитическую напряженность, у США и России как соседей сохраняются возможности по избирательному сотрудничеству в Арктическом регионе. Это превращает Арктику в пространство, где параллельно существуют дипломатия и военное сдерживание.
Роль Арктики как особой зоны международных отношений уходит своими корнями в историю. С 1987 года, когда Михаил Горбачев в своем выступлении назвал Арктику «зоной мира», этот регион считался практически бесконфликтным. Создание в 1996 году Арктического совета, в компетенцию которого сознательно не были включены вопросы военной безопасности, закрепило этот статус институционально.
Однако во время первого президентского срока Дональда Трампа в арктическом сотрудничестве наметился перелом: в 2019 году страны Арктического совета в ходе заседания в финском Рованиеми впервые не смогли принять совместную декларацию, поскольку США заблокировали обсуждение климатической повестки. А тогдашнее выступление госсекретаря Майкла Помпео еще больше усугубило этот раскол и ознаменовало собой разворот в арктической политике США, чей фокус сместился с вопросов климата и защиты окружающей среды на геополитику и сырьевые интересы.
Политолог элитного французского Института политических исследований Лукас Ваден, специализирующийся на Арктике, с осторожным оптимизмом оценивает перспективы сближения России и США в регионе. «Обе стороны изучают возможности возобновления сотрудничества, прежде всего в нефтегазовой сфере. В то же время США и Россия являются конкурентами на рынке энергоносителей. Их сближение будет противоречить нынешней линии НАТО и может стать шоком для других арктических государств», – заявил эксперт в подкасте ВТП Zaren. Daten. Fakten.
Роль Арктики как особой зоны международных отношений уходит своими корнями в историю. С 1987 года, когда Михаил Горбачев в своем выступлении назвал Арктику «зоной мира», этот регион считался практически бесконфликтным. Создание в 1996 году Арктического совета, в компетенцию которого сознательно не были включены вопросы военной безопасности, закрепило этот статус институционально.
Однако во время первого президентского срока Дональда Трампа в арктическом сотрудничестве наметился перелом: в 2019 году страны Арктического совета в ходе заседания в финском Рованиеми впервые не смогли принять совместную декларацию, поскольку США заблокировали обсуждение климатической повестки. А тогдашнее выступление госсекретаря Майкла Помпео еще больше усугубило этот раскол и ознаменовало собой разворот в арктической политике США, чей фокус сместился с вопросов климата и защиты окружающей среды на геополитику и сырьевые интересы.
Политолог элитного французского Института политических исследований Лукас Ваден, специализирующийся на Арктике, с осторожным оптимизмом оценивает перспективы сближения России и США в регионе. «Обе стороны изучают возможности возобновления сотрудничества, прежде всего в нефтегазовой сфере. В то же время США и Россия являются конкурентами на рынке энергоносителей. Их сближение будет противоречить нынешней линии НАТО и может стать шоком для других арктических государств», – заявил эксперт в подкасте ВТП Zaren. Daten. Fakten.
Полностью эпизод с участием Вадена на немецком языке можно прослушать здесь.
Экономический потенциал: природные ресурсы и новые торговые маршруты
Считается, что запасов природных ресурсов в Арктике больше, чем в любом другом регионе мира. Согласно исследованию Геологической службы США (научное агентство в составе американского МВД, которое занимается геологическими изысканиями и разведкой природных ресурсов), в Арктическом регионе сосредоточено около 22% общемирового объема неразведанных запасов нефти и газа. В абсолютных цифрах это около 90 млрд баррелей нефти, 1669 трлн кубических футов природного газа и 44 млрд баррелей природного газоконденсата.
Среди арктических государств доминирующее положение в регионе занимает Россия. По подсчетам Arctic Portal, страна контролирует более половины арктических запасов нефти и газа. Уже разведаны крупные месторождения Ямала. Доказанные запасы Бованенковского месторождения составляют в 4,9 трлн куб. м газа, а с учетом Харасавэйского газоконденсатного месторождения их объем возрастает до 7 трлн куб. м, что примерно в 75 раз превышает годовое потребление газа в Германии. С учетом того, что проектный уровень добычи газа на Бованенковском месторождении составляет 115 млрд куб. м в год, его запасов хватит на сто с лишним лет.
Для российской экономики Арктика имеет огромное значение. По данным новостного портала Arctic Today, специализируется на новостях Крайнего Севера, на Арктический регион приходится около 8% ВВП России, а порядка 10% ее экспорта имеет арктическое происхождение.
Еще одним стратегическим направлением является освоение судоходных маршрутов. В связи глобальным потеплением и таянием льдов Северный морской путь, Северо-Западный проход, а также Трансполярный морской путь становятся все более пригодными для судоходства. Эти маршруты значительно сокращают время морской транспортировки грузов между Европой и Азией. Особняком здесь стоит Северный морской путь, который контролирует Россия. Согласно ряду прогнозов, к 2035 году Севморпуть способен принести около 160 млрд долларов налоговых поступлений. Это делает судоходство ключевым элементом российской Арктической стратегии наряду с добычей сырья.
Среди арктических государств доминирующее положение в регионе занимает Россия. По подсчетам Arctic Portal, страна контролирует более половины арктических запасов нефти и газа. Уже разведаны крупные месторождения Ямала. Доказанные запасы Бованенковского месторождения составляют в 4,9 трлн куб. м газа, а с учетом Харасавэйского газоконденсатного месторождения их объем возрастает до 7 трлн куб. м, что примерно в 75 раз превышает годовое потребление газа в Германии. С учетом того, что проектный уровень добычи газа на Бованенковском месторождении составляет 115 млрд куб. м в год, его запасов хватит на сто с лишним лет.
Для российской экономики Арктика имеет огромное значение. По данным новостного портала Arctic Today, специализируется на новостях Крайнего Севера, на Арктический регион приходится около 8% ВВП России, а порядка 10% ее экспорта имеет арктическое происхождение.
Еще одним стратегическим направлением является освоение судоходных маршрутов. В связи глобальным потеплением и таянием льдов Северный морской путь, Северо-Западный проход, а также Трансполярный морской путь становятся все более пригодными для судоходства. Эти маршруты значительно сокращают время морской транспортировки грузов между Европой и Азией. Особняком здесь стоит Северный морской путь, который контролирует Россия. Согласно ряду прогнозов, к 2035 году Севморпуть способен принести около 160 млрд долларов налоговых поступлений. Это делает судоходство ключевым элементом российской Арктической стратегии наряду с добычей сырья.
Эксперт по Арктике Лукас Ваден в подкасте ВТП отмечает: «В Арктическом регионе уже сейчас добывается около 80% российского газа и 17% нефти. Запасы континентального шельфа оцениваются в более чем 85 трлн куб. м газа и почти 20 млрд тонн нефти. Это около 70% от всего объема неразведанных запасов. К 2030 году Россия намерена на 35% нарастить добычу нефти и более чем в семь раз увеличить производство СПГ. А так как трубопроводы, ведущие в Западную Европу, сейчас не используются, увеличивается роль Северного морского пути».
Растет и глобальное значение региона. По данным Арктического совета, в Арктике производится порядка 0,44% мирового ВВП, хотя там проживает всего 0,16% населения Земли. Это подчеркивает высокую капиталоемкость региона и его ресурсоориентированность. Арктический совет – межправительственный форум, созданный в 1996 году восемью арктическими государствами (США, Канада, Россия, Норвегия, Дания/Гренландия, Исландия, Швеция и Финляндия), а также представителями коренных народов Арктики.
Помимо нефти и газа, растет роль и других сырьевых ресурсов. Таяние льдов открывает доступ к запасам никеля, меди, цинка и редкоземельных элементов, которые незаменимы для развития современных технологий. Россия в этой сфере представлена таким гигантом, как «Норникель», производственные активы которого расположены в Норильске – самом северном городе мира с численностью населения более 150 тысяч человек. Сам «Норникель» является крупнейшим в мире производителе никеля и палладия, контролирует компанию Владимир Потанин.
Россия также стремится усилить свою роль на мировом рынке СПГ. К 2030 году РФ намерена довести свою долю до 30%, нарастив производственные мощности до 70 млн тонн в год. Однако из-за западных санкций доля России на мировом рынке СПГ в 2024 году сократилась до 8%. Причиной стала утрата доступа к западным технологиям, в первую очередь к оборудованию по сжижению газа. «Россия может многое предложить в Арктике. Но она не в состоянии реализовать этот потенциал в одиночку», – заявил российский экономист Владислав Иноземцев изданию Washington Post. В этой связи можно говорить о том, что решающим фактором для экономического освоения арктических ресурсов остается международное сотрудничество.
Помимо нефти и газа, растет роль и других сырьевых ресурсов. Таяние льдов открывает доступ к запасам никеля, меди, цинка и редкоземельных элементов, которые незаменимы для развития современных технологий. Россия в этой сфере представлена таким гигантом, как «Норникель», производственные активы которого расположены в Норильске – самом северном городе мира с численностью населения более 150 тысяч человек. Сам «Норникель» является крупнейшим в мире производителе никеля и палладия, контролирует компанию Владимир Потанин.
Россия также стремится усилить свою роль на мировом рынке СПГ. К 2030 году РФ намерена довести свою долю до 30%, нарастив производственные мощности до 70 млн тонн в год. Однако из-за западных санкций доля России на мировом рынке СПГ в 2024 году сократилась до 8%. Причиной стала утрата доступа к западным технологиям, в первую очередь к оборудованию по сжижению газа. «Россия может многое предложить в Арктике. Но она не в состоянии реализовать этот потенциал в одиночку», – заявил российский экономист Владислав Иноземцев изданию Washington Post. В этой связи можно говорить о том, что решающим фактором для экономического освоения арктических ресурсов остается международное сотрудничество.
Путин разрешил Exxon вернуться
Перед саммитом на Аляске президент России Владимир Путин демонстративно разрешил западным инвесторам вернуться в нефтегазовый проект «Сахалин-1». Соответствующий указ глава российского государства подписал непосредственно перед вылетом в США. Документ дополнил указ, которым в 2022 году «Сахалин-1» был переведен в российскую юрисдикцию. Изначально иностранными участниками проекта были американская компания ExxonMobil (30%), японская Sodeco (30%) и индийская ONGC (20%). В новом указе определены условия, при которых участники консорциума смогут вернуть свои доли в проекте. Ключевым условием является совершение действий по отмене санкций, негативно влияющих на проект.
По мнению российских экспертов, указ стал сигналом для ExxonMobil. В отличие от японской Sodeco и индийской ONGC, американская компания после 2022 года официально вышла из проекта, в связи с чем российское правительство собиралось продать ее долю. Сама ExxonMobil в результате зафиксировала убыток в размере 4,6 млрд долларов. Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков считает, что Россия предлагает Exxon откровенную сделку: разрешает ей вернуться в «Сахалин-1» при условии, что компания окажет политическую поддержку ослаблению западных санкций. Решение не передавать ее долю другим заинтересованным лицам, свидетельствует о целенаправленной стратегии.
Старший научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович отмечает, что доля Exxon так и не была продана каким-то другим компаниям, хотя российское руководство несколько раз продлевало сроки для такой сделки. «Соответственно, доля Exxon вернулась к его изначальному владельцу. Мне кажется, это очень показательная история», – указывает Митрахович. Он убежден, что если бы Москва хотела передать актив отечественным, индийским или китайским структурам, то она уже давно бы это сделала.
По сравнению с другими арктическими проектами «Сахалин-1» обладает целым рядом преимуществ. Климат на Сахалине мягче, добыча ресурсов уже идет и имеется готовая инфраструктура. К этому можно прибавить большое число действующих и потенциальных покупателей в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где спрос на нефть стабильно растет. Поэтому возвращение ExxonMobil в «Сахалин-1» представляется более вероятным, чем возвращение компании в проекты в Карском море, где при текущих ценах на нефть добыча считается не слишком рентабельной.
По мнению российских экспертов, указ стал сигналом для ExxonMobil. В отличие от японской Sodeco и индийской ONGC, американская компания после 2022 года официально вышла из проекта, в связи с чем российское правительство собиралось продать ее долю. Сама ExxonMobil в результате зафиксировала убыток в размере 4,6 млрд долларов. Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков считает, что Россия предлагает Exxon откровенную сделку: разрешает ей вернуться в «Сахалин-1» при условии, что компания окажет политическую поддержку ослаблению западных санкций. Решение не передавать ее долю другим заинтересованным лицам, свидетельствует о целенаправленной стратегии.
Старший научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович отмечает, что доля Exxon так и не была продана каким-то другим компаниям, хотя российское руководство несколько раз продлевало сроки для такой сделки. «Соответственно, доля Exxon вернулась к его изначальному владельцу. Мне кажется, это очень показательная история», – указывает Митрахович. Он убежден, что если бы Москва хотела передать актив отечественным, индийским или китайским структурам, то она уже давно бы это сделала.
По сравнению с другими арктическими проектами «Сахалин-1» обладает целым рядом преимуществ. Климат на Сахалине мягче, добыча ресурсов уже идет и имеется готовая инфраструктура. К этому можно прибавить большое число действующих и потенциальных покупателей в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где спрос на нефть стабильно растет. Поэтому возвращение ExxonMobil в «Сахалин-1» представляется более вероятным, чем возвращение компании в проекты в Карском море, где при текущих ценах на нефть добыча считается не слишком рентабельной.
Стратегия развития Арктики до 2035 года
Утвержденная в 2020 году российская Стратегия развития Арктики до 2035 года предусматривает масштабное развитие инфраструктуры, добычи природных ресурсов и судоходства. Основное внимание в документе уделяется развитию Северного морского пути (СМП), который призван стать основным маршрутом между Европой и Азией. По данным Минтранса России, в 2022 году по Севморпути прошли 34 млн тонн грузов. Согласно плану развития маршрута, годовой грузопоток по СМП в 2024 году должен был составить 80 млн тонн, а к 2035 году увеличиться до 130 млн тонн. Однако в 2024 году целевой показатель достигнут не был. Фактически Росатом перевез за год лишь около 36 млн тонн грузов. Основными препятствиями стали санкции, нехватка подходящих судов и высокие страховые расходы.
Россия практически полностью покрывает свои потребности в алмазах, металлах платиновой группы и никеле за счет добычи в Арктическом регионе. Одним из крупнейших мировых производителей этого сырья является компания «Норникель».
Еще одним направлением Стратегии развития Арктики является обеспечение перевозок в акватории Севморпути сопутствующей транспортной инфраструктурой. К 2035 году вдоль СМП планируется построить 40 аварийно-спасательных центров. По данным МЧС России, цель состоит в том, чтобы создать на маршруте сплошную структуру морской безопасности.
В качестве еще одной точки роста в Стратегии рассматривается туризм. Для привлечения иностранных туристов планируется, в частности, создать круизные маршруты по Северному морскому пути с отправлением из Мурманска и Архангельска. Основой для этого станет указ президента РФ № 645 от 26 октября 2020 года. Также планируется создание семи арктических туристических кластеров на Чукотке, Ямале и в Норильске. По данным Министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики, они должны будут обеспечить инфраструктуру для морских круизов, путешествий в Заполярье и экологического туризма. В долгосрочной перспективе туризм призван внести «значительный вклад в диверсификацию экономики региона» и снизить сырьевую зависимость. К 2035 году власти рассчитывают увеличить турпоток в Арктику до 1 млн человек в год.
Стратегия развития Арктики рассчитана до 2035 года, но в 2023 году Россия существенно ужесточила ее формулировки, отметил Лукас Ваден в подкасте ВТП. «Из текста полностью исчезло упоминание Арктического совета, а вместо этого акцент сделан на двусторонних отношениях с ‚дружественными государствами‘. НАТО и арктические государства воспринимаются как угроза, на передний план выходит технологическая независимость от Запада, а изменение климата рассматривается прежде всего с точки зрения более легкого доступа к природным ресурсам», – добавил немецкий экономист.
Еще одним направлением Стратегии развития Арктики является обеспечение перевозок в акватории Севморпути сопутствующей транспортной инфраструктурой. К 2035 году вдоль СМП планируется построить 40 аварийно-спасательных центров. По данным МЧС России, цель состоит в том, чтобы создать на маршруте сплошную структуру морской безопасности.
В качестве еще одной точки роста в Стратегии рассматривается туризм. Для привлечения иностранных туристов планируется, в частности, создать круизные маршруты по Северному морскому пути с отправлением из Мурманска и Архангельска. Основой для этого станет указ президента РФ № 645 от 26 октября 2020 года. Также планируется создание семи арктических туристических кластеров на Чукотке, Ямале и в Норильске. По данным Министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики, они должны будут обеспечить инфраструктуру для морских круизов, путешествий в Заполярье и экологического туризма. В долгосрочной перспективе туризм призван внести «значительный вклад в диверсификацию экономики региона» и снизить сырьевую зависимость. К 2035 году власти рассчитывают увеличить турпоток в Арктику до 1 млн человек в год.
Стратегия развития Арктики рассчитана до 2035 года, но в 2023 году Россия существенно ужесточила ее формулировки, отметил Лукас Ваден в подкасте ВТП. «Из текста полностью исчезло упоминание Арктического совета, а вместо этого акцент сделан на двусторонних отношениях с ‚дружественными государствами‘. НАТО и арктические государства воспринимаются как угроза, на передний план выходит технологическая независимость от Запада, а изменение климата рассматривается прежде всего с точки зрения более легкого доступа к природным ресурсам», – добавил немецкий экономист.
Изменение климата в Арктике
«Арктика нагревается примерно в четыре раза быстрее среднемирового показателя, в регионе происходит таяние ледников и вечной мерзлоты. Северный морской путь способен сократить маршрут из Шанхая в Роттердам на 30–40% и принести России доход. Кроме того, это единственный маршрут между Тихим и Атлантическим океаном, который напрямую не контролируется ВМС США, что повышает привлекательность СМП для Китая. В то же время последние исследования свидетельствуют о возросших рисках для судоходства из-за таяния льдов», – говорит Лукас Ваден.
По данным Программы арктического мониторинга и оценки (AMAP, входит в структуру Арктического совета, базируется в г. Осло), средняя температура в Арктике за период с 1971 по 2019 год выросла примерно на 3,1°C, тогда как в среднем по миру рост составил около 1°C. Это явление, известное также как «арктическое усиление», непосредственно воздействует на глобальную климатическую систему.
С момента начала спутниковых наблюдений около 40 лет назад средняя площадь арктического льда в летний период уменьшилась более чем на 40% и продолжает сокращаться. Одновременно происходит таяние вечной мерзлоты со всеми вытекающими последствиями для существующей инфраструктуры, экосистем и уровня выбросов метана.
Россия обладает самой протяженной арктической береговой линией и контролирует почти 50% всей прибрежной зоны, что делает ее ключевым игроком с точки зрения климата и экологии Арктического региона. Одновременно в Артике открываются стратегические возможности. Северный морской путь (СМП), проходящий вдоль российского побережья, из-за таяния льдов становится все более пригодными для судоходства. По оценкам экспертов, СМП сможет сократить морской путь между Восточной Азией и Европой на 30–40%. Это сулит экономические выгоды – как в виде доходов от транзитных платежей, так и за счет сокращения сроков и стоимости транспортировки.
От изменения климата в Арктике страдают и США: на Аляске усиливается береговая эрозия, растет ущерб из-за таяния вечной мерзлоты. Согласно отчету Счетной палаты США, в результате только на инфраструктуру дополнительно приходится тратить несколько миллиардов долларов в год. Кроме того, эрозия ставит под угрозу существование целых поселений коренных народов как в США, так и в России.
Источники: Foreign Policy (англ.), Washington Post (англ.), Reuters (англ.), The Times (англ.) Коммерсантъ, Лукас Ваден в подкасте ВТП (нем.)
По данным Программы арктического мониторинга и оценки (AMAP, входит в структуру Арктического совета, базируется в г. Осло), средняя температура в Арктике за период с 1971 по 2019 год выросла примерно на 3,1°C, тогда как в среднем по миру рост составил около 1°C. Это явление, известное также как «арктическое усиление», непосредственно воздействует на глобальную климатическую систему.
С момента начала спутниковых наблюдений около 40 лет назад средняя площадь арктического льда в летний период уменьшилась более чем на 40% и продолжает сокращаться. Одновременно происходит таяние вечной мерзлоты со всеми вытекающими последствиями для существующей инфраструктуры, экосистем и уровня выбросов метана.
Россия обладает самой протяженной арктической береговой линией и контролирует почти 50% всей прибрежной зоны, что делает ее ключевым игроком с точки зрения климата и экологии Арктического региона. Одновременно в Артике открываются стратегические возможности. Северный морской путь (СМП), проходящий вдоль российского побережья, из-за таяния льдов становится все более пригодными для судоходства. По оценкам экспертов, СМП сможет сократить морской путь между Восточной Азией и Европой на 30–40%. Это сулит экономические выгоды – как в виде доходов от транзитных платежей, так и за счет сокращения сроков и стоимости транспортировки.
От изменения климата в Арктике страдают и США: на Аляске усиливается береговая эрозия, растет ущерб из-за таяния вечной мерзлоты. Согласно отчету Счетной палаты США, в результате только на инфраструктуру дополнительно приходится тратить несколько миллиардов долларов в год. Кроме того, эрозия ставит под угрозу существование целых поселений коренных народов как в США, так и в России.
Источники: Foreign Policy (англ.), Washington Post (англ.), Reuters (англ.), The Times (англ.) Коммерсантъ, Лукас Ваден в подкасте ВТП (нем.)